26 декабря - сказки ноября

Про мартеницы у меня даже не то, чтобы отдельная история - целый инфопласт прошит красно-белой верёвочкой.
Причём первые нити появляются в моём раннем детстве, когда, купаясь на Аксае, мы знакомимся с болгарской семьёй, похожей на нашу: мама, папа и две дочери.
Что делали болгары в степях Придонья? Кой чёрт их занёс в эту местность?
Родители говорили, что врооооде быыыыы у них там родные местааааа - но это не точно.
Мы немедленно зазнакомились, протусили весь день и обменялись адресами, и долго ещё переписывались с девочками из Болгарии, а раз в полгода собирали друг другу посылочки со всякими мелочами - значками, жевачками, открытками, таким подростковым самым-ценным-на-свете.
Мне тогда это не показалось странным - в пять лет многое кажется волшебным, но мало что удивляет. А из сейчас - удивляет. Мои родители - нормальные параноики советского времени: у папы полсемьи расстреляно в тридцатые годы двадцатого и режим строгой секретности до конца девяностых, мама просто панически боится чужих; а сошлись с иностранцами - влёт, и не возражали, что мы переписываемся.

(склейка, белое пятно)

...по весне моя сестра внезапно сплетает прикольную штуку: скручивает красную и белую нити, на концы привешивает красную и белую кисточку, связывает всё бантиком и прикалывает себе на школьную форму - и Бирюлёво моментально подцепляет эту деталь. Сестра плетёт парные кисточки - красненького мальчика, беленькую девочку, - раздаривает друзьям, и вроде даже говорит, что их надо вешать на кусты. Но никто, конечно, такую красоту и не думает дарить деревьям.
Сколько мне тогда было - шесть, семь? Не больше десяти; потом начались совсем другие игры.

(монтаж)

Я переехала в Болгарию в тридцать семь, ранней осенью; а до языковых курсов дошла только через полгода, к ранней весне. И первого марта наша учительница достала из сумочки пачку красно-белых верёвочек и всем нам повязала, приговаривая:
- Честита Баба Марта!
Первые полгода в стране! Вокруг было так много нового, что меня удовлетворило самое поверностное объяснение: это народная традиция, так у нас встречают весну, с первого по десятое марта ты повязываешь такие браслетики всем друзьям, а потом - снимаешь. Можно навязать на плодовое дерево: увидел цветущее - сними браслетик, загадай желание и повяжи на ветку, а когда желание исполнится - приди и сними. Можно спрятать браслетик под камень, если увидишь аиста - и тогда через десять дней приди на то же место, подними камушек и посмотри, что с браслетом стало; по деталям увидишь, каким будет твой год...
- А что бывает, если кто-то возьмёт чужой браслетик с дерева? - спросил кто-то из учеников.
Учительница нахмурилась.
- То есть... взять чужое желание? Зачем?..

Той весной у меня было три мартенички: от учительницы и от каждой из дочерей. А им в школе руки увешали до локтя :) Тогда же я узнала, что собакам тоже повязывают мартенички вместо ошейника или поверх него - на удачу и на здоровье, - и что на курятник такое тоже могут навязать, и старшему барану в стаде привязать под колокольчик.
В парке поставили мартеничные фигуры - красную и белую, мальчика и девочку.

На следующую весну я дарила и получала, и рука у меня была по локоть увешана, и с собой всегда была пачка - потому что всех знакомых надо одарить. Заодно выучила наконец, что красного мальчика и белую девочку зовут Пижо и Пенда, и увидела, что их часто делают и из соломы - как обрядовые славянские куклы, - и из ниток - как те из кисточек...

(что-то забрезжило, но я отвлеклась)

Ещё через год у нас на Чердаке вышла статья об этой традиции.
И тут я наконец как следует вспомнила внезапную бирюлёвскую весеннюю моду - двуцветные верёвочки с кисточкой-мальчиком и кисточкой-девочкой, - сопоставила это с болгарами на Аксае - и завопила в голос.

Смотрите, что получается.
Нынешняя территория Болгарии - это бывшая Фракия, сначала полная безумных воинов, потом - завоёванная Римской империей.
Потом резко изменился климат - и в четвёртом, пятом и шестом веке на земли Восточной Римской империи последовательно приходили гунны, авары и славяне. Славяне в результате понаоставались, и Империя ничего не могла с ними сделать.
А потом в седьмом веке нашей эры туда, где я сейчас живу пришли те, кто мог совладать со славянским нашествием: хан Аспарух и его конница.
То есть праболгары.
А пришли они из приазовских и придонских степей, из Старой Великой Булгарии, которую создал отец Аспаруха, хан Кубрат. Со смертью хана Кубрата развалилась и созданное им государство, и пятеро его сыновей пошли искать своё место в жизни.
Аспарух нашёл его здесь, от Дуная до Балкан.
Отличное место, ящетаю.

Столицей Старой Великой Булгарии была Фанагория, нынешняя область Тамань, старый античный город.
Примерно те места, где выросли предки моих мамы и папы.
Примерно те места, которые решили объездить те болгарские ребята, с которыми мы подружились в семидесятых двадцатого на Аксае.
Их прародина.

Когда кто-нибудь из чиновников задаёт мне вопрос о национальности - и при этом выглядит достаточно приятным, чтобы с ним поболтать, я отвечаю так:
- В сущности, у меня есть болгарские предки, но будет сложно доказать родство: мои остались жить на той земле, откуда ушёл Аспарух и его конница.