28 августа - годовщина
Aug. 29th, 2021 14:13Шёл третий час путешествия. Мы перезнакомились, прохохотались, поделили виноград Ларисы, обсудили болгарские передачи (Светлана смотрит телевизор) и начали составлять список "Юрий пожалеет, что не видел". Зара честно призналась, что ей, конечно, интересно и про историю, и позырить, но более всего она соскучилась по поболтать на разные темы. Я честно призналась, что именно поэтому выбираю поезд, а не автобус. Елена честно призналась, что вообще не думала, что в поезде будет хоть сколько-нибудь хорошо - и теперь очень рада, что решилась, потому что ей нравится, как всё идёт, и вообще у нас тут такой получается летний скаутский лагерь для расслабленных краеведов.
А потом мы вывалились на перрон сонного раскалённого Карнобата, и Анна спросила:
- Сколько вы живёте в Болгарии?
И я ответила, как триста пятьдесят пять дней до того:
- Почти во... а, нет, ровно восемь лет. Сегодня годовщина.
Двадцать восьмого августа две тысячи тринадцатого мы с семьёй и друзьями вывалились на перрон, одуревшие от нервов, кошачьих воплей, таможен, границ; у меня внутри дрожало от ужаса и предвкушения, саднило от расставания и мутило от вопроса "что мы будем делать, когда половина важных документов и половину моего компа случайно остались в Москве".
Мы вывалились всеми мешками, переносками и лапами на низкий варненский перрон в объятия риэлтора и помощника по переезду. Мы дышали горячим влажным воздухом и нас попускало - всех, кроме котов, которые продолжали орать.
Двадцать восьмого августа две тысячи двадцать первого года на берегу Бургасского залива за деревянным столом ресторана "Пятый док" мы с компаньонами по медленному зырингу и занимательному краеведению выпили местного белого разливного за всё, что получилось и за то, чтобы дальше - ещё радостнее.
Это был вечер плотного рабочего дня, очень сильного, нагрузочного и счастливого; и до него был кайфовый день, и следующий - тоже. И предыдущие были значимыми, и следующие - будут.
А сегодня я купила билеты в Москву на всю семью, и позвонила в Москву узнать, как переоформляется паспорт, и узнала. И на завершающий вопрос Катерины из колл-центра "могу ли я ещё что-нибудь сделать?" ответила:
- Конечно, можете: проживайте каждый ваш день так, как будто он имеет значение.
О. Бо. Жа. Ю выпендриваться.
А потом мы вывалились на перрон сонного раскалённого Карнобата, и Анна спросила:
- Сколько вы живёте в Болгарии?
И я ответила, как триста пятьдесят пять дней до того:
- Почти во... а, нет, ровно восемь лет. Сегодня годовщина.
Двадцать восьмого августа две тысячи тринадцатого мы с семьёй и друзьями вывалились на перрон, одуревшие от нервов, кошачьих воплей, таможен, границ; у меня внутри дрожало от ужаса и предвкушения, саднило от расставания и мутило от вопроса "что мы будем делать, когда половина важных документов и половину моего компа случайно остались в Москве".
Мы вывалились всеми мешками, переносками и лапами на низкий варненский перрон в объятия риэлтора и помощника по переезду. Мы дышали горячим влажным воздухом и нас попускало - всех, кроме котов, которые продолжали орать.
Двадцать восьмого августа две тысячи двадцать первого года на берегу Бургасского залива за деревянным столом ресторана "Пятый док" мы с компаньонами по медленному зырингу и занимательному краеведению выпили местного белого разливного за всё, что получилось и за то, чтобы дальше - ещё радостнее.
Это был вечер плотного рабочего дня, очень сильного, нагрузочного и счастливого; и до него был кайфовый день, и следующий - тоже. И предыдущие были значимыми, и следующие - будут.
А сегодня я купила билеты в Москву на всю семью, и позвонила в Москву узнать, как переоформляется паспорт, и узнала. И на завершающий вопрос Катерины из колл-центра "могу ли я ещё что-нибудь сделать?" ответила:
- Конечно, можете: проживайте каждый ваш день так, как будто он имеет значение.
О. Бо. Жа. Ю выпендриваться.