просто картинки про Пловдив и про нас в нём
А ещё совпало - я перед тем, как заболеть, подцепила у Нёбеля рекомендацию почитать Чарльза Де Линта.
И он оказался таким же здоровским сказочником, как Диана Уинн Джонс.
В болезни я прочла два его романа - они были клёвые, но показались мне слишком размытыми, неплотными; не то чтобы там было много воды - но для меня там оказалось мало мяса, если можно так сказать. Зато сборник рассказов, который я начала перед отпуском и дочитала в Пловдиве, оказался и-де-аль-ным. "Городские легенды", серия "Легенды Ньюфорда", плотнейшие насыщеннейшие сказки как мы любим: про волшебство в повседневной жизни, про свет озаряет тьму, про жизнь побеждает небытие, - словом, ровно то, что нужно человеку, засыпающему и просыпающемуся в древнем городе и выходящему покурить на булыжную мостовую.
Так меня накрыло этими сказками - не передать. Прочитайте обязательно, если ещё не.
Мы шли по пешеходке и смотрели на кота, сидящего впереди метрах в ста пятидесяти... ста... пятидесяти... в десяти метрах от нас. Он вёл себя как наши варненские собаки: просто сидел на своём месте, не глядя на толпу, огибающую его. Кот был явно уличный, не вполне здоровый, обтёрханный как придверный коврик старого дома. Его бы и детская коляска вежливо объехала - но кот внезапно встал и двинулся вправо походкой хозяина квартала.
На мостовой сидел парень со скрипкой, на раскрытом скрипичном футляре перед парнем стояла табличка: "Кот не умер, он просто фанат моей музыки". Парень открывал пакетик кошачьей еды - которую кот принял вполне благосклонно, а потом остался возле парня послушать музыку.
Во все последующие дни мы их тоже видели, причём кот вёл себя как явный глава этого союза. И друзей с собой приводил поесть.


В болгарском языке есть слово "стръмни": крутой в значении "покатый". Практически стрёмный :)


Котов Старого Пловдива мы называли "господами": Чёрный Господин, Полосатый Господин... Во-первых, в болгарском языке это совершенно легитимное обращение к мужчине; во-вторых, вы бы видели этих котов... Полосатый Господин с когда-то обмороженными ушами встретил нас на крыльце хостела, когда мы сонные и озадаченные предстоящей прогулкой выходили в шесть утра из гостиницы встречать рассвет и дожидаться заселения. Полосатый Господин обнюхал мою руку и с достоинством протянул лоб.
Чёрный Господин приходил в сад и смотрел на людей вот так:

(через секунду он выматерит Дашу и шлёпнет её по руке за фамильярную попытку погладить его по лицу без предварительного ритуала обмена запахами)
Питьевые фонтанчики города Пловдива бодро бьют туристу прямо в лоб. А те, которые не надо включать, льют воду под таким углом, что пить из них - смешнее, чем удобнее; поэтому мы набирали воду в бутылку и пили из неё.

Мостовые Старого города покрыты камнями размером и формой с мою голову. Я уже говорила это, и ещё раз повторю - не понимаю, как я выжила в прошлый раз там на каблучках и в слишком тёплых ботинках. В этот раз в кроссовках было прям очень ок!

Под крепостной стеной города с наружной стороны идёт ещё одна крепостная стена города; мы случайно вышли на неё прогуляться - и не заметили, как попали на такие задворки, где чужие явно не ходят.

Дом культуры города Пловдива смотрит на людей вот так:

Ночью в Старом Пловдиве совершенно безлюдно:



И он оказался таким же здоровским сказочником, как Диана Уинн Джонс.
В болезни я прочла два его романа - они были клёвые, но показались мне слишком размытыми, неплотными; не то чтобы там было много воды - но для меня там оказалось мало мяса, если можно так сказать. Зато сборник рассказов, который я начала перед отпуском и дочитала в Пловдиве, оказался и-де-аль-ным. "Городские легенды", серия "Легенды Ньюфорда", плотнейшие насыщеннейшие сказки как мы любим: про волшебство в повседневной жизни, про свет озаряет тьму, про жизнь побеждает небытие, - словом, ровно то, что нужно человеку, засыпающему и просыпающемуся в древнем городе и выходящему покурить на булыжную мостовую.
Так меня накрыло этими сказками - не передать. Прочитайте обязательно, если ещё не.
Мы шли по пешеходке и смотрели на кота, сидящего впереди метрах в ста пятидесяти... ста... пятидесяти... в десяти метрах от нас. Он вёл себя как наши варненские собаки: просто сидел на своём месте, не глядя на толпу, огибающую его. Кот был явно уличный, не вполне здоровый, обтёрханный как придверный коврик старого дома. Его бы и детская коляска вежливо объехала - но кот внезапно встал и двинулся вправо походкой хозяина квартала.
На мостовой сидел парень со скрипкой, на раскрытом скрипичном футляре перед парнем стояла табличка: "Кот не умер, он просто фанат моей музыки". Парень открывал пакетик кошачьей еды - которую кот принял вполне благосклонно, а потом остался возле парня послушать музыку.
Во все последующие дни мы их тоже видели, причём кот вёл себя как явный глава этого союза. И друзей с собой приводил поесть.


В болгарском языке есть слово "стръмни": крутой в значении "покатый". Практически стрёмный :)


Котов Старого Пловдива мы называли "господами": Чёрный Господин, Полосатый Господин... Во-первых, в болгарском языке это совершенно легитимное обращение к мужчине; во-вторых, вы бы видели этих котов... Полосатый Господин с когда-то обмороженными ушами встретил нас на крыльце хостела, когда мы сонные и озадаченные предстоящей прогулкой выходили в шесть утра из гостиницы встречать рассвет и дожидаться заселения. Полосатый Господин обнюхал мою руку и с достоинством протянул лоб.
Чёрный Господин приходил в сад и смотрел на людей вот так:

(через секунду он выматерит Дашу и шлёпнет её по руке за фамильярную попытку погладить его по лицу без предварительного ритуала обмена запахами)
Питьевые фонтанчики города Пловдива бодро бьют туристу прямо в лоб. А те, которые не надо включать, льют воду под таким углом, что пить из них - смешнее, чем удобнее; поэтому мы набирали воду в бутылку и пили из неё.

Мостовые Старого города покрыты камнями размером и формой с мою голову. Я уже говорила это, и ещё раз повторю - не понимаю, как я выжила в прошлый раз там на каблучках и в слишком тёплых ботинках. В этот раз в кроссовках было прям очень ок!

Под крепостной стеной города с наружной стороны идёт ещё одна крепостная стена города; мы случайно вышли на неё прогуляться - и не заметили, как попали на такие задворки, где чужие явно не ходят.

Дом культуры города Пловдива смотрит на людей вот так:

Ночью в Старом Пловдиве совершенно безлюдно:




no subject
Еще у него вышли недавно Зверлинги - хорошая подростковая книга.