как я провел отпуск
До ноута мы с впечатлениями не дотянули - нашла в кармане длинный супермаркетовый чек, записала в метро дрожащим почерком (и так-то он у меня не самый удобочитаемый, а тут еще и тряска...), сижу, разбираю.
Я, конечно, страшно тащилась от реакции тех, кто видел меня год и двадцать пять килограмм назад. Стрейнджеру показала все свои щиколотки-запястья-ключицы и спину; с Небелем долго ржали, показывая друг на друга пальцами; Тайка меня увидела - натурально офигела, ее выражение лица я унесла домой в голове; Митька обсмотрел внимательно:
- Как у тебя дела? Выглядишь великолепно!
- Так по мне очень видно, как у меня дела!
А видели бы вы, что мне показало зеркало дома семейства Шуйских! Божежмой, я хочу всегда так выглядеть, как то мое отражение. Оно всегда было прекрасно, и в прошлом году - тоже, но сейчас я увидела юное, веселое и совершенно бессмертное существо - настолько, насколько вечны юность и радость.
Не попыталась даже сфотографировать, а теперь жалею: в моем домашнем зеркале живет некто гораздо менее прекрасный. Зато теперь я не думаю, что это я.
Грамотная подсветка, Крысенька, вполне может исправить врожденные недостатки зеркала.
По Питеру бегала с едой: в рюкзаке всегда - ближайший обед (ужин), кефир и отруби; возвращалась - заходила в супермаркет, выносила оттуда огромный мешок еды, потратив денег вдвое меньше, чем в Москве.
Буду ужасно скучать по йогуртам и кефирам Валио, у нас выбор куда беднее.
Зато салаты и овощи у нас живые и здоровые, даже в самых бедных магазинчиках.
В первый же ночер отправились со Стрейнджером в Ленту. Я же помню, как это было в прошлом году:
- Она рядом!
Через час:
- Я нимагу больше, я устала, мне надо посидеть, я вся болю и больше не могу идти...
- Да?!
В этом году оказалось, что Лента - нет, не рядом, но и не особенно далеко; туда вообще отлично идти, обратно - смотря сколько нагулял до этого и напхал в рюкзак. У Стрейнджера был тяжеленный, и дыхание даже не сбилось; я в последний вечер - мы снова пошли в Ленту, потому что кончились сигареты, - обратно шла с трудом. Но - опять-таки, в прошлом году это было "я устала, я больше не могу", в этом - "чота ноги устали, спине тяжело, а я вполне нормально себя чувствую".
Очень стало легче делать некоторые вещи.
- Пойдем в "Перекресток", сигарет купим?
- Ну пойдёоооом...
Идем, разговариваем.
- Ухты, а он же рядом!
- Ну да, а раньше как было?
- Раньше это было все-таки - Дойти. Недалеко, но Дойти. А ты сейчас сильно под меня подстраиваешься?
- Да нет, иду в своем обычном ритме.
- Йих-хаааа!
Прыгала и визжала от радости в ночи перед супермаркетом.
Я ходила рядом со Стрейнджером. Рядом. Не на полметра позади, пыхтя, считая шаги и думая "ну я же так ничего не увижу, кроме камешков под ногами", а рядом, глядя в лицо. А один раз даже - когда Стрейнджер задумался и сбавил скорость - на полшага впереди.
Правда, Небель меня быстро угулял, но Небель угуляет кого угодно.
У Стрейнджера дома открываю холодильник:
- Ну да, как я и думала: сыр и немножечко сливок, а больше ничего.
- Сливки, - уточняет Стрейнджер, - остались от Аннымарты.
Раскладываю принесенную еду - в приметрошном супермаркете очень все хорошо с кисломолочкой, да и мясо нормальное, - закрываю холодильник, открываю, выдыхаю:
- Воооот, это называется - Крыса приехала.
Жарила мясо на газовой плите.
Счастлива.
Дома с трудом перестраиваюсь на электро, немножечко грущу.
Попробовала подушку, наполненную гречкой. Уладывая на нее голову, подумала: "Я же никогда не засну на такой твердости", поерзала, закрыла глаза - и открыла через шесть часов на звук смски.
Сижу теперь, гуглю "подушка гречневой лузги", хочу себе такую.
Тайка спрашивает:
- А с волосами что думаешь делать?
Я, поскольку совсем недавно обсуждала это с подругой, отвечаю радостно:
- Эпиляцию!
Пауза. Тайка держит лицо - но взгляд! так смотрят на крокодила в босоножках на шпильке! - затем уточняет:
- Я про прическу.
Гуляли с Небелем в парке, и все было хорошо, только очень устали ноги, безумно хотелось писать, а потом - чего-нибудь сожрать (это был первый день выбегов, я еще не привыкла ко времени).
Потом мы набрели на отличный куст. Затем оказалось, что парк уже закончился, и мы можем просто посидеть полчасика. А потом мы увидели лоток с горячей кукурузой, и стало совсем хорошо.
Все, конечно, складывается, как я хочу, но в Питере - ваще моментально.
В Питере цветут липы. И еще пахнет рекой и морем, кричат вороны и немножечко чайки, и босоножки мои - в желтой пыльце.
Не хочется здесь ставить прошедшее время.
Липы никуда не делись.
Обменялись опытом: Стрейнджер теперь умеет крутить роллы, а я наконец-то поняла, какой вкусный он варит кофе.
Если налить в чашку вот столечко, а потом разбавить кипятком и молоком, угу.
Но теперь я тоже не могу без нормального кофе, и - сюрпрайз - он вполне начал у меня получаться.
- А поскольку хлеба мне нельзя, крим-чиз я мажу прямо на копченого лосося!
- Что у нас со временем?
- Около полуночи, а ты сделаешь кофе?
(кофе, разговоры, сигарета; оранжевое кресло, желтый свет фонаря, шум листвы; смеркается)
- Половина третьего, может, спать?
- Я чота не хочу.
- Да, сна ни в одном глазу. Ну что, поставим чайник?
- И тот молочный улун!
(камера; желтый свет за спиной; резкий боковой свет из окна; совсем темно)
- Ухты, смотри, рассвело!
- Это Питер. Который час?
- Четыре.
- Может, спать?
- Пора уже, ага.
(умыться, почистить зубы, заглянуть в соседнюю комнату пожелать спокойной ночи; увидеть паззл на - сколько тысяч кусочков? - с фиолетовым небом от темного до светлого; задержаться за разговором)
- Шесть утра! Брысь спать!
- Ага, ага!
(спрятаться под одеяло, слушать вороний крик, смотреть на яркий свет и думать: "А спать-то чота не хо...").
Очень плотная была поездка, я съел все, до чего дотянулся.
А картинки будут потом, потому что мы гуляли с Томой, и до ресторана было еще три часа, и Томка сказала - а поедем ко мне, там душ, купим черешни; и мы приехали, немедленно разделись и бегали в трусах - совершенно забытое ощущение, - а потом я перемерила все Томкины платьица и каблуки и юбочки, и влезла в красивые женственные вещи, и мы меня нарядили и поехали пить, а перед этим отправили возлюбленному моему супругу картинку "Крыся идет тусоваться", и я шла в джинсовой юбочке и футболке в обтяжку и думала о том, что это, конечно, все красиво, но совершенно взрослая одежда, а я-то, собственно, кто? -
- и только у метро обнаружила, что фотоаппарат забыла у Томы.
Завтра добрый мальчик мне его привезет на вокзал.
Там полная камера картинок, до которых я прямо жажду добраться.
Я, конечно, страшно тащилась от реакции тех, кто видел меня год и двадцать пять килограмм назад. Стрейнджеру показала все свои щиколотки-запястья-ключицы и спину; с Небелем долго ржали, показывая друг на друга пальцами; Тайка меня увидела - натурально офигела, ее выражение лица я унесла домой в голове; Митька обсмотрел внимательно:
- Как у тебя дела? Выглядишь великолепно!
- Так по мне очень видно, как у меня дела!
А видели бы вы, что мне показало зеркало дома семейства Шуйских! Божежмой, я хочу всегда так выглядеть, как то мое отражение. Оно всегда было прекрасно, и в прошлом году - тоже, но сейчас я увидела юное, веселое и совершенно бессмертное существо - настолько, насколько вечны юность и радость.
Не попыталась даже сфотографировать, а теперь жалею: в моем домашнем зеркале живет некто гораздо менее прекрасный. Зато теперь я не думаю, что это я.
Грамотная подсветка, Крысенька, вполне может исправить врожденные недостатки зеркала.
По Питеру бегала с едой: в рюкзаке всегда - ближайший обед (ужин), кефир и отруби; возвращалась - заходила в супермаркет, выносила оттуда огромный мешок еды, потратив денег вдвое меньше, чем в Москве.
Буду ужасно скучать по йогуртам и кефирам Валио, у нас выбор куда беднее.
Зато салаты и овощи у нас живые и здоровые, даже в самых бедных магазинчиках.
В первый же ночер отправились со Стрейнджером в Ленту. Я же помню, как это было в прошлом году:
- Она рядом!
Через час:
- Я нимагу больше, я устала, мне надо посидеть, я вся болю и больше не могу идти...
- Да?!
В этом году оказалось, что Лента - нет, не рядом, но и не особенно далеко; туда вообще отлично идти, обратно - смотря сколько нагулял до этого и напхал в рюкзак. У Стрейнджера был тяжеленный, и дыхание даже не сбилось; я в последний вечер - мы снова пошли в Ленту, потому что кончились сигареты, - обратно шла с трудом. Но - опять-таки, в прошлом году это было "я устала, я больше не могу", в этом - "чота ноги устали, спине тяжело, а я вполне нормально себя чувствую".
Очень стало легче делать некоторые вещи.
- Пойдем в "Перекресток", сигарет купим?
- Ну пойдёоооом...
Идем, разговариваем.
- Ухты, а он же рядом!
- Ну да, а раньше как было?
- Раньше это было все-таки - Дойти. Недалеко, но Дойти. А ты сейчас сильно под меня подстраиваешься?
- Да нет, иду в своем обычном ритме.
- Йих-хаааа!
Прыгала и визжала от радости в ночи перед супермаркетом.
Я ходила рядом со Стрейнджером. Рядом. Не на полметра позади, пыхтя, считая шаги и думая "ну я же так ничего не увижу, кроме камешков под ногами", а рядом, глядя в лицо. А один раз даже - когда Стрейнджер задумался и сбавил скорость - на полшага впереди.
Правда, Небель меня быстро угулял, но Небель угуляет кого угодно.
У Стрейнджера дома открываю холодильник:
- Ну да, как я и думала: сыр и немножечко сливок, а больше ничего.
- Сливки, - уточняет Стрейнджер, - остались от Аннымарты.
Раскладываю принесенную еду - в приметрошном супермаркете очень все хорошо с кисломолочкой, да и мясо нормальное, - закрываю холодильник, открываю, выдыхаю:
- Воооот, это называется - Крыса приехала.
Жарила мясо на газовой плите.
Счастлива.
Дома с трудом перестраиваюсь на электро, немножечко грущу.
Попробовала подушку, наполненную гречкой. Уладывая на нее голову, подумала: "Я же никогда не засну на такой твердости", поерзала, закрыла глаза - и открыла через шесть часов на звук смски.
Сижу теперь, гуглю "подушка гречневой лузги", хочу себе такую.
Тайка спрашивает:
- А с волосами что думаешь делать?
Я, поскольку совсем недавно обсуждала это с подругой, отвечаю радостно:
- Эпиляцию!
Пауза. Тайка держит лицо - но взгляд! так смотрят на крокодила в босоножках на шпильке! - затем уточняет:
- Я про прическу.
Гуляли с Небелем в парке, и все было хорошо, только очень устали ноги, безумно хотелось писать, а потом - чего-нибудь сожрать (это был первый день выбегов, я еще не привыкла ко времени).
Потом мы набрели на отличный куст. Затем оказалось, что парк уже закончился, и мы можем просто посидеть полчасика. А потом мы увидели лоток с горячей кукурузой, и стало совсем хорошо.
Все, конечно, складывается, как я хочу, но в Питере - ваще моментально.
В Питере цветут липы. И еще пахнет рекой и морем, кричат вороны и немножечко чайки, и босоножки мои - в желтой пыльце.
Не хочется здесь ставить прошедшее время.
Липы никуда не делись.
Обменялись опытом: Стрейнджер теперь умеет крутить роллы, а я наконец-то поняла, какой вкусный он варит кофе.
Если налить в чашку вот столечко, а потом разбавить кипятком и молоком, угу.
Но теперь я тоже не могу без нормального кофе, и - сюрпрайз - он вполне начал у меня получаться.
- А поскольку хлеба мне нельзя, крим-чиз я мажу прямо на копченого лосося!
- Что у нас со временем?
- Около полуночи, а ты сделаешь кофе?
(кофе, разговоры, сигарета; оранжевое кресло, желтый свет фонаря, шум листвы; смеркается)
- Половина третьего, может, спать?
- Я чота не хочу.
- Да, сна ни в одном глазу. Ну что, поставим чайник?
- И тот молочный улун!
(камера; желтый свет за спиной; резкий боковой свет из окна; совсем темно)
- Ухты, смотри, рассвело!
- Это Питер. Который час?
- Четыре.
- Может, спать?
- Пора уже, ага.
(умыться, почистить зубы, заглянуть в соседнюю комнату пожелать спокойной ночи; увидеть паззл на - сколько тысяч кусочков? - с фиолетовым небом от темного до светлого; задержаться за разговором)
- Шесть утра! Брысь спать!
- Ага, ага!
(спрятаться под одеяло, слушать вороний крик, смотреть на яркий свет и думать: "А спать-то чота не хо...").
Очень плотная была поездка, я съел все, до чего дотянулся.
А картинки будут потом, потому что мы гуляли с Томой, и до ресторана было еще три часа, и Томка сказала - а поедем ко мне, там душ, купим черешни; и мы приехали, немедленно разделись и бегали в трусах - совершенно забытое ощущение, - а потом я перемерила все Томкины платьица и каблуки и юбочки, и влезла в красивые женственные вещи, и мы меня нарядили и поехали пить, а перед этим отправили возлюбленному моему супругу картинку "Крыся идет тусоваться", и я шла в джинсовой юбочке и футболке в обтяжку и думала о том, что это, конечно, все красиво, но совершенно взрослая одежда, а я-то, собственно, кто? -
- и только у метро обнаружила, что фотоаппарат забыла у Томы.
Завтра добрый мальчик мне его привезет на вокзал.
Там полная камера картинок, до которых я прямо жажду добраться.

no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
no subject
ЗЫ: Я уже год как на гречневой подушке сплю - кайфота!
ЗЫЫ: А ты когда-нить себя новую покажешь?
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Крутейшая штука.
no subject
Денис фотоаппарат взял, Стрейнджер картинку передал, сегодня Сапсан привезет тебе все это богатство!
no subject
(no subject)
no subject
Отлично отдохнула!
Про подушку с гречкой тоже думаю, сейчас задумалась еще сильнее :)
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
- Ну да, как я и думала: сыр и немножечко сливок, а больше ничего.
- Сливки, - уточняет Стрейнджер, - остались от Аннымарты.
*рыдает*
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
Ты вечером от метро без приключений дошла?
no subject
я вечером ваще отлично доехала! успела на переход и поезд, и еще по пути к дому посидела покурила под липами - раньше на это не находилось времени.
(no subject)
(no subject)
no subject
no subject