27 октября - "С приездом".
(место под картинку - даже не знаю, какую)
Уезжали мы в полусне - отбой в час ночи, подъем - в пять, сонные мы, сонные коты, быстрое такси, аэропорт, страшно волновалась - выпустят ли нас, - дьюти-фри, кофе в ирландском пабе ("я сидела здесь одиннадцать лет назад одна, и у меня ничего еще не было ваще"), самолет, облака. Я скинула ботинки, взяла книжку Глории Му, и на Сережкин восторг реагировала понтами опытного путешественника: а, да, облака; наглядишься - прикрой, пожалуйста, шторку, мне светит. Пожалуйста, принесите нам еще сока, да, апельсиновый и яблочный пополам с водой, спасибо, что запомнили. Да, Сережик, в точности как Антарктида, только из облаков, ага. Да, вижу, земля... БЛЯ, ЗЫРЬ, ТАМ ЕВРОПА!!! Домики, домики, смотри, какой черный замок над городом!!!
А потом нас встретил Стрейнджер, такой же невыспавшийся, и повез домой; я ехала в автобусе, потихоньку придремывая под всеязыкую речь, и вдруг Сережка ткнул меня в плечо, я открыла глаза - за окном были домики с черепичными крышами.
Мы приехали в Прагу.
Стр гулял нас весь день такими путями, чтобы сначла медленно идти по красивому, потом посмотреть вниз - и умреть от счастья, потом пройти еще немного вперед по другому красивому, а потом обернуться и умереть от счастья, а потом сидеть и тихо курить, глядя на людей и собак.
Ничего пока не могу писать о Праге, она потому что ваще.
О доме семейства Шуйских напишу. В нем все огромное; в ванной можно танцевать танго, а в туалете есть раковина; потолки такие, что все кажется крошечным, а еще там две гардеробных; а в комнате, куда Стр нас поселил, помещается четыре: кухня, столовая, гостиная и кабинет. Коты семейства Шуйских нежны и ласковы, приходят поболтать и помурлыкать, подставляют круглые спины под руку; то ли они стали воспринимать меня как-то иначе, то ли счастье мое кошка Ш. наконец научила меня правильно с котами обращаться.
В городе чувствую себя престранно; два самых сильных моих инструмента, язык и обаяние, здесь совершенно не работают: языка я не знаю и могу только проблеять: "Плиз, ту боллз ин... вот эта штука... ин ван ролл, во!" а обаятельны тут все, улыбаются, здороваются и прощаются, и то, что в Москве было моей фирменной фишечкой - "Добрый день, будьте любезны, пожалуйста - ах, как Вы сегодня здорово выглядите, - спасибо, Вы меня просто спасли, - это было великолепно!" - здесь норма общения. А общаться я не могу, потому что без языка. Дивное ощущение.
Здесь вообще многое по-другому. В кафе не тянет немедленно вымыть руки и лицо - и можно спокойно выпить кофе и поесть, руки чистые и лицо не запачканное. Дома я совершенно спокойно хожу в той же одежде,в которой шлялась по городу, а не сдираю ее с себя с ощущением "грязное, не для дома!"
Еще тут есть трамваи. И билеты не на вид транспорта, а на время: покупаешь себе полчаса или час с четвертью или целый день свободныхпоездок по городу - и ездишь на чем хочешь.
Здесь безлюдно и очень спокойно. "Если вечером в темноте ты идешь через парк и слышишь топот за спиной - это значит, что кто-то просто бегает по парку после работы".
Здесь все очень старое, живое и дышит.
А страшный черный замок, царящий над городом, оказался собором святого Витта. Через день я присмотрюсь к нему - окажется, что он желтый, просто очень старый, - и бояться перестану.
Картинки будут, когда вернусь, наверное.
Уезжали мы в полусне - отбой в час ночи, подъем - в пять, сонные мы, сонные коты, быстрое такси, аэропорт, страшно волновалась - выпустят ли нас, - дьюти-фри, кофе в ирландском пабе ("я сидела здесь одиннадцать лет назад одна, и у меня ничего еще не было ваще"), самолет, облака. Я скинула ботинки, взяла книжку Глории Му, и на Сережкин восторг реагировала понтами опытного путешественника: а, да, облака; наглядишься - прикрой, пожалуйста, шторку, мне светит. Пожалуйста, принесите нам еще сока, да, апельсиновый и яблочный пополам с водой, спасибо, что запомнили. Да, Сережик, в точности как Антарктида, только из облаков, ага. Да, вижу, земля... БЛЯ, ЗЫРЬ, ТАМ ЕВРОПА!!! Домики, домики, смотри, какой черный замок над городом!!!
А потом нас встретил Стрейнджер, такой же невыспавшийся, и повез домой; я ехала в автобусе, потихоньку придремывая под всеязыкую речь, и вдруг Сережка ткнул меня в плечо, я открыла глаза - за окном были домики с черепичными крышами.
Мы приехали в Прагу.
Стр гулял нас весь день такими путями, чтобы сначла медленно идти по красивому, потом посмотреть вниз - и умреть от счастья, потом пройти еще немного вперед по другому красивому, а потом обернуться и умереть от счастья, а потом сидеть и тихо курить, глядя на людей и собак.
Ничего пока не могу писать о Праге, она потому что ваще.
О доме семейства Шуйских напишу. В нем все огромное; в ванной можно танцевать танго, а в туалете есть раковина; потолки такие, что все кажется крошечным, а еще там две гардеробных; а в комнате, куда Стр нас поселил, помещается четыре: кухня, столовая, гостиная и кабинет. Коты семейства Шуйских нежны и ласковы, приходят поболтать и помурлыкать, подставляют круглые спины под руку; то ли они стали воспринимать меня как-то иначе, то ли счастье мое кошка Ш. наконец научила меня правильно с котами обращаться.
В городе чувствую себя престранно; два самых сильных моих инструмента, язык и обаяние, здесь совершенно не работают: языка я не знаю и могу только проблеять: "Плиз, ту боллз ин... вот эта штука... ин ван ролл, во!" а обаятельны тут все, улыбаются, здороваются и прощаются, и то, что в Москве было моей фирменной фишечкой - "Добрый день, будьте любезны, пожалуйста - ах, как Вы сегодня здорово выглядите, - спасибо, Вы меня просто спасли, - это было великолепно!" - здесь норма общения. А общаться я не могу, потому что без языка. Дивное ощущение.
Здесь вообще многое по-другому. В кафе не тянет немедленно вымыть руки и лицо - и можно спокойно выпить кофе и поесть, руки чистые и лицо не запачканное. Дома я совершенно спокойно хожу в той же одежде,в которой шлялась по городу, а не сдираю ее с себя с ощущением "грязное, не для дома!"
Еще тут есть трамваи. И билеты не на вид транспорта, а на время: покупаешь себе полчаса или час с четвертью или целый день свободныхпоездок по городу - и ездишь на чем хочешь.
Здесь безлюдно и очень спокойно. "Если вечером в темноте ты идешь через парк и слышишь топот за спиной - это значит, что кто-то просто бегает по парку после работы".
Здесь все очень старое, живое и дышит.
А страшный черный замок, царящий над городом, оказался собором святого Витта. Через день я присмотрюсь к нему - окажется, что он желтый, просто очень старый, - и бояться перестану.
Картинки будут, когда вернусь, наверное.

no subject
как хорошо, что вам там так хорошо!
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Картинки, конечно, не передают ничего - но мы тут снимаем как заведенные.
no subject
Маман мою, по-приезду мучили кошмары в готческом стиле, тоже ее костел впечатлил.
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
так приятно тебя читать;))
no subject
no subject
Есличо - все в порядке, я у тебя уперла книжку почитать :))
no subject
Получила, ага. Я нисколько не сомневаюсь, что все есть и будет в порядке, просто, ну, волнуюсь немного :)
Тебя там не обижают?
(no subject)
(no subject)
no subject
Наверное - это про вернусь или таки про картинки? Судя по твоему спокойно-восхищенному состоянию - допускаю мысль, что про первое:-)
no subject
Хотя в Праге хочется остаться, да.
(no subject)
no subject
no subject
Один мы нашли, у маленькой копии Тынского храма, а еще где? Расскажи, пожалуйста!
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
no subject
no subject
Пражане страшно гордятся своей мини-эйфелевой башней, она у них на целый метр выше настоящей (правда, с учетом холма, на котором стоит, но это ж мелочи!);
В Летенских садах повсюду стоят лавочки, на которых написано "украдено в Летенских садах";
В розарии стоят солнечные часы, на которых значительно больше 12 делений, и даже больше 60 :)
Густой суп подают в круглой булке без мякиша - ее тоже можно съесть потом;
На Сеноважной есть ресторанчик "Тлуста коала" (Толстая коала), где десерт "шарлоттка" весит полкило! и они открыты до 4 утра, что в Праге редкость;
По телевышке ползают огромные младенцы, а возле кафешки "У домониканца" и возле доминиканского де монастыря висит на проводах Зигмунд Фрейд.
В Праге (где-то в пражской Венеции, я забыла название) самая узкая в мире улица - она вся сделана из лестницы, на ней горят фонари, потому что в проходе между домами всегда темно, и на обоих концах улицы светофор.Входя, нажми кнопку, он загорится и с другой стороны станет красным, чтобы вам не столкнуться в середине с кем-то еще - не разойдетесь!
В самом-разсамом туристическом месте, на улице Мустек (это значит "мостик") стоит Черный театр, и там дают представление "Cats in Prague" - ничего общего с Веббером, но ТАК хорошо, что я прямо даже не буду спойлерить. И при этом на улицах очень очень мало котов. В Праге бездомных нет :)
Удачи вам, передайте привет.
no subject
no subject