Entry tags:
тряпки жжём и смеёмся
Марта говорит, что моя семья - тяжёлый наркотик, на который подсаживаешься буквально сразу. Вроде был такой вполне себе нормальный - приехал в приморский город с мыслью повидаться с друзьями, может, сходить вместе поужинать, может, погулять один раз - но в общем и целом собирался тусить сам по себе. И внезапно оказываешься в гуще событий с чашкой кортадо в руке, и слушаешь, как двое подростков вынимают деньги и время из родителей, в ответ напихивая им полные карманы радости и смысла, смотришь, как двое взрослых мужчин раздирают на части новёхонький дорогущий ноутбук, как две диффчонки среднего возраста ссорятся из-за того, кому сегодня покупать фарш для уличных котиков - и понимаешь, что одна из этих диффчонок ты сам, далёкий житель прохладной Прибалтики, слушаешь вот это всё, пьёшь совершенно невозможную гадость, треплешься с Боничкой и абсолютно, совершенно не хочешь немедленно от всего этого сбежать подальше и навсегда.
- Надо организовать клуб анонимных друзей Крысиной семьи, - говорит Марта. - Представь себе: "Здравствуйте, я Таня, мне двадцать семь лет и я уже несколько лет дружу с Крысиной семьёй", - и такой общий молчаливый вздох всех присутствующих: мы тебя понимаем, сами такие же.
Обсуждали странные наборы покупок - и я упомянула о человеке, покупавшем десять чупачупсов и гель для анального секса.
Теперь Марта оценивает сложность (противность, длительность выполнения и прочие параметры) любой задачи в чупачупсах.
Придумали потрясающе гармоничную концепцию мира - мне в ней отводилась роль поедателя роллов из-под рук человека, который очень любит их готовить, - и, конечно, заговорили о Стрейнджере, который тоже ужасно обожает суши. Полвечера умилялись ночным визитам Стрейнджера к местам хранения еды - чехи называют это "белым сексом" по цвету холодильника, с которым ну самая же страсть и нежность и есть, - потом обсуждали, как нам нравится его кормить, какой он ответственный и благодарный уничтожитель еды, - словом, были бы мы еврейские мамы - мы бы собой ужасно гордились в этот момент.
Но мы не были еврейские мамы, поэтому гордились собой по целой прорве других причин.
А по Стрейнджеру просто скучали, вот я - так точно.
- Надо организовать клуб анонимных друзей Крысиной семьи, - говорит Марта. - Представь себе: "Здравствуйте, я Таня, мне двадцать семь лет и я уже несколько лет дружу с Крысиной семьёй", - и такой общий молчаливый вздох всех присутствующих: мы тебя понимаем, сами такие же.
Обсуждали странные наборы покупок - и я упомянула о человеке, покупавшем десять чупачупсов и гель для анального секса.
Теперь Марта оценивает сложность (противность, длительность выполнения и прочие параметры) любой задачи в чупачупсах.
Придумали потрясающе гармоничную концепцию мира - мне в ней отводилась роль поедателя роллов из-под рук человека, который очень любит их готовить, - и, конечно, заговорили о Стрейнджере, который тоже ужасно обожает суши. Полвечера умилялись ночным визитам Стрейнджера к местам хранения еды - чехи называют это "белым сексом" по цвету холодильника, с которым ну самая же страсть и нежность и есть, - потом обсуждали, как нам нравится его кормить, какой он ответственный и благодарный уничтожитель еды, - словом, были бы мы еврейские мамы - мы бы собой ужасно гордились в этот момент.
Но мы не были еврейские мамы, поэтому гордились собой по целой прорве других причин.
А по Стрейнджеру просто скучали, вот я - так точно.

no subject
А 4 дня назад ехали домой через Варну и увидела "те самые" графити, завопила, дергая полусонную дочку - смотри! и котиков высматривала.