![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
за два дня
7 июня - "Тихий семейный день"
Очень люблю послегостевые выходные: в квартире разор, раковина полна грязной посуды, большой обеденный стол выполз из своего угла и громоздится посреди кухни, а на нем сложены всяческие не убранные в холодильник ништяки, на полу коты играют винными пробками - а меня все это ну ничуточки не напрягает; я хожу по дому тихая, расслабленная и напеваю что-ниудь умиротворяющее.
В общем, к середине дня мы тихонько разгребли кухню. Я ничего не готовила - хватило вчерашних куриных ног; мы разогревали их в микроволновке, вынимали из них кости, заворачивали мясо в нежный Томкин лаваш вместе с помидорами и огурцами, макали в остатки цациков - и ели. Детям еще достались истории про то, как вкусна уличная еда в Одессе - пожалуй, скоро они начнут меня затыкать.
И вот я такая расслабленная и спокойная села поработать - а СергейЮрьича отправила в магазин, потому что сахар кончился. Да не в ближайший "Наш универсам", а в дальний "Патерсон" - потому что ну все равно же идешь, купи заодно и колбасы, а в нашем универсаме вкусной нет, и искать бесполезно. А раз уж выходишь из дому - возьми с собой гоблинов, пусть прогуляются, а то к вечеру у них будет масса неиспользованной энергии.
Закрыла за ними дверь, включила музыку, распахнула все окна, заварила целый кувшин чаю - и села поработать, и так мне отличненско работалось весь тот час, что мои ходили за покупками, что встретила я их нежной улыбкой:
- Хорошо прогулялись?
- Замечательно! - завопил Серега, швыряя сумку с туалетной бумагой. - Чтоб я когда-нибудь еще пошел в Патерсон! Чтоб я когда-нибудь еще пошел в магазин с ними! Они ссорятся, ругаются, дерутся, толкаются тележками...
- Вика первая меня толкнула! - воскликнула Даша.
- А Даша меня плохими словами называет! - не смолчала Вика.
- И вот так - все время! - закричал Серега и унесся на кухню, хлопнув дверью.
- Ну и нафига было показывать папе _все_ прелести своего характера? - спросила я.
Гоблины пожали плечами, попытались мне объяснить, как все было - но я сказала, что ябед и наговоров слушать не хочу, а что они себе прогулку испортили - сами молодцы, и с этим я уже ничего сделать не смогу. И ушла в кухню сумки разгружать.
- Видишь, любимый, я же не на пустом месте завожусь, - говорила я, доставая из пакета молоко, колбасу и прочие прелести цивилизованной жизни. - Я же не без причины теряю человеческий облик от их выходок, и теперь ты понимаешь, как это происходит. У тебя же есть рецепты - помнишь, ты мне говорил, как нужно поворачивать и разруливать?..
- Ты же знаешь, как я ненавижу Патерсон! - воскликнул Серега.
- Первый раз слышу, знала бы - не попросила бы тебя туда идти. А ты чего молчал?..
Муж ничего не ответил; и если бы молчание могло убивать, я не дожила бы до возможности это записать.
Вечер прошел спокойно и тихо; к радости гоблинов, ужинали такими же лавашными бутербродами - и поздно вечером уже, когда дети легли и выключили свет, у нас вдруг сцепились коты.
Дживсятку и Джамайку остальные коты хотя и принимают, но воспринимают как чужаков; поэтому, когда Дживс домогается любви Джамайки, остальные не вмешиваются, а просто смотрят на это с интересом. А тут он полез то ли к Федьке, то ли к Шейле - и получил от всего прайда. Коты визжали и катались по полу, сцепившись в мохнатый клубок; я вопила и шипела на них, но кто бы меня слышал.
И тут вступил Серега. Все свое неизрасходованное негодование он излил на ссорящихся котов; он - я не помню, кричал ли, топал ли ногами, - но когда он вырвался из своей комнаты, коты прыснули в разные стороны и скрылись кто под чем успел. Серега отругал всех, кого увидел, даже маме Ш. досталось, а потом выискивал котов по одному и каждому объяснял правила поведения в вечернее время.
Когда Серега утих, из-под дивана высунулась Джамайка; на ее морде было написано "ох ну нифига ж себе поиграли!"
Ночером я зашла в детскую потискать кота Тумана; на его мурлыканье немедленно прибежал Дживсятко, сначала залез ко мне на колени, потерся мордочкой об руку, а потом улегся рядом с Туманом, уткнувшись лицом ему в пузо.
______
8 июня - "Скоро в Одессу"
Считаю дни и монеты до отпуска.
В доме снова запахло кошачьими ссаками - в субботу друзья подтвердили, что запаха нет и что мой трехдневный труд не был напрасным, а сегодня вот снова.
Дети, правда, уверяли, что не пахнет - видимо, это отчасти в моей голове. Вымылась, выдраила ванну, постирала ванный коврик. Помогло. Запустила гоблинов купаться, обнаружила, что даже так они не могут не ссориться; страшно вопила.
Читаю Диану Уинн Джонс и горюю, что она небесконечна.
Из забавного: впервые за почти что три года получила в бусный журнал коммент: "Не могли бы вы часть картинок бурать под кат?" Дело не в том, что логика хромает - занести себе в ленту картиночный журнал и просить, чтобы картинки убирались под кат; дело в том, что это первый такой за почти три года!
Очень люблю послегостевые выходные: в квартире разор, раковина полна грязной посуды, большой обеденный стол выполз из своего угла и громоздится посреди кухни, а на нем сложены всяческие не убранные в холодильник ништяки, на полу коты играют винными пробками - а меня все это ну ничуточки не напрягает; я хожу по дому тихая, расслабленная и напеваю что-ниудь умиротворяющее.
В общем, к середине дня мы тихонько разгребли кухню. Я ничего не готовила - хватило вчерашних куриных ног; мы разогревали их в микроволновке, вынимали из них кости, заворачивали мясо в нежный Томкин лаваш вместе с помидорами и огурцами, макали в остатки цациков - и ели. Детям еще достались истории про то, как вкусна уличная еда в Одессе - пожалуй, скоро они начнут меня затыкать.
И вот я такая расслабленная и спокойная села поработать - а СергейЮрьича отправила в магазин, потому что сахар кончился. Да не в ближайший "Наш универсам", а в дальний "Патерсон" - потому что ну все равно же идешь, купи заодно и колбасы, а в нашем универсаме вкусной нет, и искать бесполезно. А раз уж выходишь из дому - возьми с собой гоблинов, пусть прогуляются, а то к вечеру у них будет масса неиспользованной энергии.
Закрыла за ними дверь, включила музыку, распахнула все окна, заварила целый кувшин чаю - и села поработать, и так мне отличненско работалось весь тот час, что мои ходили за покупками, что встретила я их нежной улыбкой:
- Хорошо прогулялись?
- Замечательно! - завопил Серега, швыряя сумку с туалетной бумагой. - Чтоб я когда-нибудь еще пошел в Патерсон! Чтоб я когда-нибудь еще пошел в магазин с ними! Они ссорятся, ругаются, дерутся, толкаются тележками...
- Вика первая меня толкнула! - воскликнула Даша.
- А Даша меня плохими словами называет! - не смолчала Вика.
- И вот так - все время! - закричал Серега и унесся на кухню, хлопнув дверью.
- Ну и нафига было показывать папе _все_ прелести своего характера? - спросила я.
Гоблины пожали плечами, попытались мне объяснить, как все было - но я сказала, что ябед и наговоров слушать не хочу, а что они себе прогулку испортили - сами молодцы, и с этим я уже ничего сделать не смогу. И ушла в кухню сумки разгружать.
- Видишь, любимый, я же не на пустом месте завожусь, - говорила я, доставая из пакета молоко, колбасу и прочие прелести цивилизованной жизни. - Я же не без причины теряю человеческий облик от их выходок, и теперь ты понимаешь, как это происходит. У тебя же есть рецепты - помнишь, ты мне говорил, как нужно поворачивать и разруливать?..
- Ты же знаешь, как я ненавижу Патерсон! - воскликнул Серега.
- Первый раз слышу, знала бы - не попросила бы тебя туда идти. А ты чего молчал?..
Муж ничего не ответил; и если бы молчание могло убивать, я не дожила бы до возможности это записать.
Вечер прошел спокойно и тихо; к радости гоблинов, ужинали такими же лавашными бутербродами - и поздно вечером уже, когда дети легли и выключили свет, у нас вдруг сцепились коты.
Дживсятку и Джамайку остальные коты хотя и принимают, но воспринимают как чужаков; поэтому, когда Дживс домогается любви Джамайки, остальные не вмешиваются, а просто смотрят на это с интересом. А тут он полез то ли к Федьке, то ли к Шейле - и получил от всего прайда. Коты визжали и катались по полу, сцепившись в мохнатый клубок; я вопила и шипела на них, но кто бы меня слышал.
И тут вступил Серега. Все свое неизрасходованное негодование он излил на ссорящихся котов; он - я не помню, кричал ли, топал ли ногами, - но когда он вырвался из своей комнаты, коты прыснули в разные стороны и скрылись кто под чем успел. Серега отругал всех, кого увидел, даже маме Ш. досталось, а потом выискивал котов по одному и каждому объяснял правила поведения в вечернее время.
Когда Серега утих, из-под дивана высунулась Джамайка; на ее морде было написано "ох ну нифига ж себе поиграли!"
Ночером я зашла в детскую потискать кота Тумана; на его мурлыканье немедленно прибежал Дживсятко, сначала залез ко мне на колени, потерся мордочкой об руку, а потом улегся рядом с Туманом, уткнувшись лицом ему в пузо.
______
8 июня - "Скоро в Одессу"
Считаю дни и монеты до отпуска.
В доме снова запахло кошачьими ссаками - в субботу друзья подтвердили, что запаха нет и что мой трехдневный труд не был напрасным, а сегодня вот снова.
Дети, правда, уверяли, что не пахнет - видимо, это отчасти в моей голове. Вымылась, выдраила ванну, постирала ванный коврик. Помогло. Запустила гоблинов купаться, обнаружила, что даже так они не могут не ссориться; страшно вопила.
Читаю Диану Уинн Джонс и горюю, что она небесконечна.
Из забавного: впервые за почти что три года получила в бусный журнал коммент: "Не могли бы вы часть картинок бурать под кат?" Дело не в том, что логика хромает - занести себе в ленту картиночный журнал и просить, чтобы картинки убирались под кат; дело в том, что это первый такой за почти три года!
Пракатов каквсегда прекрасно
Или опровергли, если не повезет. А то дети есличо могли и принюхаться...