![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
сентиментальное
Хочется маминых котлет с вермишелью.
Тех самых котлет, которые мама сначала долго жарила на сковородке - по квартире плыл упоительный аромат, от газовой плиты быстро становилось душно, и мама выгоняла нас с сестрой в нашу комнату, а входную дверь приоткрывала на цепочку, чтобы был сквозняк и хоть какой-то воздух; поэтому, когда мама жарила котлеты, папа чувствовал это уже в подъезде - так вкусно пахло, что желудок требовательно сжимался, говоря, что он хочет этого немедленно, неважно, как ты это устроишь, важно - прямо сейчас.
Мы попрошайничали на кухне, а мама гоняла нас, чтобы не простыли на сквозняке, и потому еще, что жаркой дело не ограничивалось; котлеты нужно было сложить ровными стопочками в эмалированную кастрюлю и пропарить на крошечном огне. И только тогда они годились в пищу нам, детям.
А промытые под холодной водой макароны мама кидала обратно в кастрюлю, где они варились, и кусочек масла туда же, и томить, помешивая, пока не прогреются.
Это было невозможно вкусно, и потом уже, когда ужин был окончен, мы с сестрой втихаря друг от друга воровали из кастрюли остывающие котлеты.
А еще мама делала пюре с тушеной говядиной. Мясо тушилось на большой чугунной сковороде, долго, с репчатым луком, горошчатым перцем и лавровым листиком; иногда мама добавляла свежий укроп, но не слишком часто. Говядина растушивалась и упревала, ее сок, пропитанный ароматами перца и лаврушки, был невероятно вкусен; а пока готовилось мясо, мама делала пюре.
Картошку она долго толкла скалкой, а потом, когда появились железные толкуши с дырдочками - такой толкушей. Добавляла к картошке кусочек сливочного масла и теплое молоко - причем молоко у нее всегда убегало из железной кружки, заливало огонь, и мама переживала - как так, опять упустила молоко. И пюре выходило необыкновенно воздушным, тонким, без каких бы то ни было комочков; а к тому моменту и мясо поспевало, мама укладывала пюре горкой на наши тарелки и сверху проводила такую лесенку столовой ложкой - раз, раз, и еще раз, - и углубления этой лесенки поливала мясным соком, а само мясо укладывала рядышком.
И не было большей радости за весь день, как отведать всего этого - горячего, душистого, аппетитного.
А мои дети что будут вспоминать? Пока у них два любимых блюда: крабовые палочки, морские гады и макароны.
Тех самых котлет, которые мама сначала долго жарила на сковородке - по квартире плыл упоительный аромат, от газовой плиты быстро становилось душно, и мама выгоняла нас с сестрой в нашу комнату, а входную дверь приоткрывала на цепочку, чтобы был сквозняк и хоть какой-то воздух; поэтому, когда мама жарила котлеты, папа чувствовал это уже в подъезде - так вкусно пахло, что желудок требовательно сжимался, говоря, что он хочет этого немедленно, неважно, как ты это устроишь, важно - прямо сейчас.
Мы попрошайничали на кухне, а мама гоняла нас, чтобы не простыли на сквозняке, и потому еще, что жаркой дело не ограничивалось; котлеты нужно было сложить ровными стопочками в эмалированную кастрюлю и пропарить на крошечном огне. И только тогда они годились в пищу нам, детям.
А промытые под холодной водой макароны мама кидала обратно в кастрюлю, где они варились, и кусочек масла туда же, и томить, помешивая, пока не прогреются.
Это было невозможно вкусно, и потом уже, когда ужин был окончен, мы с сестрой втихаря друг от друга воровали из кастрюли остывающие котлеты.
А еще мама делала пюре с тушеной говядиной. Мясо тушилось на большой чугунной сковороде, долго, с репчатым луком, горошчатым перцем и лавровым листиком; иногда мама добавляла свежий укроп, но не слишком часто. Говядина растушивалась и упревала, ее сок, пропитанный ароматами перца и лаврушки, был невероятно вкусен; а пока готовилось мясо, мама делала пюре.
Картошку она долго толкла скалкой, а потом, когда появились железные толкуши с дырдочками - такой толкушей. Добавляла к картошке кусочек сливочного масла и теплое молоко - причем молоко у нее всегда убегало из железной кружки, заливало огонь, и мама переживала - как так, опять упустила молоко. И пюре выходило необыкновенно воздушным, тонким, без каких бы то ни было комочков; а к тому моменту и мясо поспевало, мама укладывала пюре горкой на наши тарелки и сверху проводила такую лесенку столовой ложкой - раз, раз, и еще раз, - и углубления этой лесенки поливала мясным соком, а само мясо укладывала рядышком.
И не было большей радости за весь день, как отведать всего этого - горячего, душистого, аппетитного.
А мои дети что будут вспоминать? Пока у них два любимых блюда: крабовые палочки, морские гады и макароны.
no subject
А твои девушки, я уверена, много чего будут вспоминать:)
no subject
Что ты переживаешь?
И твоим будет, что вспомнить. У меня, например, "заказывает" даже иногда, что ему бы хотелось: "А сделай этой вкусной тушеной картошки, а?"
Вот только мамины рецепты - это совсем другое...
Моя мама удивительным образом жарила картошку толстыми ломтями. То есть каждый ломоть покрывался золотисто-розовой такой, румяной корочкой, под которой было что-то упоительно-мягкое, как пюре.
Я умею жарить картошку примерно десятком разных способов. Но так, как мама - не получается, хоть тресни. И никогда мне уже такой картошки не покушать :(
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
моим чудо-комбайном не такое пюре получается, как старым тормознутым миксером...
no subject
no subject
я вспоминаю неизменные субботние оладьи, ленивые вареники и маленькие творожнички с изюмом. каааак это пахло, боже. мы просыпались от оладьевого запаха и бежали на кухню, босые, растрепанные, в пижамах - мама, мама, что у нас на завтрак? оладьи со сметаной и сахаром, со сгущенкой и медом, боже, боже.
по праздникам - утка в пакете, истекающая прозрачным соком. о, эта хрустящая корочка! о, эти ломти белой плоти!
что ж ты делаешь, зараза, я же тут на работе голодная сижу.
no subject
no subject
а вспоминать можно не только пищу же.. я вот все время скучаю по тем временам, когда мамарассказывала мне сказки на ночь - в ролях, очень живо и безумно выразительно.
no subject
no subject
no subject
сырники - толстенькие котлетки из творога, нежные, с поджаристой хрустящей корочкой; сверху сметаны, посыпать сахаром, подождать чуть-чуть, пока сахар начнет расходиться - и укусить всей пастью, что ж ты такая свинота, облизнуться, облизать масляные пальцы, сунуть в рот остаток сырника - теперь можно и умыться, все самое вкусное уже внутри.
мясо под майонезом - на большие праздники. Я до сих пор не знаю, что это за мясо было, говядина или свинина; мама резала его порционно, укладывала в протвенечки с высокими бортами, сверху - горошчатый перец, кольца лука, и все это щедро полито сметаной с майонезом. Невероятно нежное мясо, потрясающе вкусный запеченный майонез с мясным соком, мерзостный лук - его легко отложить в сторону, - и подлый перец, совершенно не видный в соусе, попадающийся прямо на зуб. Контраст восхитительного и ужасного.
Еще?..
no subject
*довольно*
no subject
скумбрия горячего копчения, сидишь за столом перед большой миской и разбираешь рыбку - косточки отдельно, плоть отдельно, и то и дело, пока никто не видит, засовываешь себе кусочки в рот, контрабандой.
грибной жюльен с пряной сырной корочкой и мамина вегетарианская пицца на хрустящем тесте...
плов. о, этот плов! он доходит в чугунке на плите, по кухне и комнатам разносится одуряющий аромат барбариса, а потом мама ставит перед тобой большую тарелку, и там горка желтого-желтого риса и кусочки нежного мяса, иногда даже несколько сортов. и хотя ты ненавидишь вареную морковку всеми фибрами души, та, что в плове, любима тобою до дрожи в коленках...
баранья нога с кусочками чеснока в маленьких ямках, огромные ломти, чуть розоватые в середине....
аааааах.
no subject
no subject
А что запомнят дети? Вареники и пельмени (домашние, разумеется), гороховый суп с копчеными ребрышками, ненавистный нам с дочкой борщ, который зато обожает моя жена... и печень по-строгановски в сметанном соусе - пожалуй, самое наше любимое блюдо.
Ну может, еще мои суши собственного приготовления. Не знаю, как дочка, но Таня-то уже запомнила хорошо :)) и больше не ест.
...А ведь прилично получается, однако!
no subject