![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
сел и заплакал
Я бедный несчастный зайчик, угораздило же меня вчера усесться к незнакомой парикмахерше только потому, что знакомая взяла выходной. И хотя мой внутренний голос вопил: "Она похожа на продавщицу овощебазы! Не садись к ней!" - я приказала этому снобу заткнуться.
Теперь на продавщицу овощебазы похожа я. Не понимаю, чем я успела досадить этой милой женщине - а, возможно, она вовсе и не парикмахер, как те изанекдотные мужики в белых халатах, которые оказались не гинекологами, а малярами. И зачем она спрашивала, куда я зачесываю волосы - вперед или назад, - если потом остригла их так, чтобы зачесать их было не возможно никуда?! Почему она проигнорировала мою просьбу "не трогать пейсы" и с чего она решила, что челка по брови - это чуть выше середины лба? А куска челки у меня просто нет - наверное, рука мастера дернулась случайно, а потом заполировала ошибку филировочными ножницами.
В общем, я вчера вышла из парикмахерской таким уродом, что нарисовала себе ВОТАКИЕ глаза и натянула на голову шляпу - не ехать на Лею из-за такой мелочи, как собственная внешность, было бы просто глупо.
Вчера в Гиперионе все были прекрасны - и свежеобритая Лея в бесподобном израильском платье, и Марта Кетро в платьишке, не оставляющем простора воображению, зато весьма и весьма радующем глаз, и Ксанка в такой накидке, что вау, и Марусичка с короткой (и очень удачной!) стрижкой, и мои нежные Лолька и Ленка (одна - с рассказами о жизни мопса, зато вторая - в пончо), и все-все-все. А глоток виски из Ксанкиной сумки спас меня от плача по волосам - и теперь мне, кажется, весь отпуск лучше быть немножко пьяной, потому что иначе я буду рыдать, вопрошая: "За что?!" Моя стрижка так некрасива, что это даже не смешно.
Детей моих тоже постригли безобразно, но они хотя бы на дачу едут - а я-то в Чехию, и Рецца хотела меня поснимать похорошевшую. Надеюсь, у нее есть какие-нибудь парики.
Теперь на продавщицу овощебазы похожа я. Не понимаю, чем я успела досадить этой милой женщине - а, возможно, она вовсе и не парикмахер, как те изанекдотные мужики в белых халатах, которые оказались не гинекологами, а малярами. И зачем она спрашивала, куда я зачесываю волосы - вперед или назад, - если потом остригла их так, чтобы зачесать их было не возможно никуда?! Почему она проигнорировала мою просьбу "не трогать пейсы" и с чего она решила, что челка по брови - это чуть выше середины лба? А куска челки у меня просто нет - наверное, рука мастера дернулась случайно, а потом заполировала ошибку филировочными ножницами.
В общем, я вчера вышла из парикмахерской таким уродом, что нарисовала себе ВОТАКИЕ глаза и натянула на голову шляпу - не ехать на Лею из-за такой мелочи, как собственная внешность, было бы просто глупо.
Вчера в Гиперионе все были прекрасны - и свежеобритая Лея в бесподобном израильском платье, и Марта Кетро в платьишке, не оставляющем простора воображению, зато весьма и весьма радующем глаз, и Ксанка в такой накидке, что вау, и Марусичка с короткой (и очень удачной!) стрижкой, и мои нежные Лолька и Ленка (одна - с рассказами о жизни мопса, зато вторая - в пончо), и все-все-все. А глоток виски из Ксанкиной сумки спас меня от плача по волосам - и теперь мне, кажется, весь отпуск лучше быть немножко пьяной, потому что иначе я буду рыдать, вопрошая: "За что?!" Моя стрижка так некрасива, что это даже не смешно.
Детей моих тоже постригли безобразно, но они хотя бы на дачу едут - а я-то в Чехию, и Рецца хотела меня поснимать похорошевшую. Надеюсь, у нее есть какие-нибудь парики.