![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
как мы делаем дырки
Сначала мы покупаем перфоратор и несколько дней его облизываем.
Нет, до этого - мы обзаводимся шикарнымидурацкими шапками головными уборами.
Потом мы покупаем перфоратор, и друзья желают нам "удачной перфорации".
Потом несколько дней мы его облизываем и обдумываем, как будем вешать очень нужную мне в хозяйстве пробковую доску. Наконец придумываем, но в это время уже ночь, и сверлить поздно.
На следующий день Сережик примеривается вешать пробковую доску, разглядывает различные шурупы, решает, что ему необходима еще одна коробочка с перегородками - для всякой фурнитуры, - и уходит ее покупать. Я сижу читаю, потом внезапно обнаруживаю, что проголодалась, еще с час ленюсь, наконец варю себе кашу и размораживаю клубнику. В этот момент СергейЮрьич возвращается с коробочкой-для-шурупов и кочаном капусты, которую я его просила купить (но без хлеба и салата, о которых мы тоже говорили), смотрит на себя в зеркало и отмечает:
- Надо меня сфотографировать в этой шляпе. Когда-нибудь.
- А давай прямо сейчас! - предлагаю я. - Тем более, что я Стрейнджеру обещала свои портреты в смешной шапке и в пальто с талией. Пошли?
Мне хочется есть, Сереге - выпить кофе, но он улыбается, говорит:
- А пошли!
И я натягиваю штаны и крашу глаза, и мы бежим на двор, где снег и свет.
И ветер. Прямо в глаза. Я заливаюсь ответренными слезами:
- Серега! Так вот почему ты не хочешь снимать ту женщину на улице! Вот что ты имел в виду, когда говорил, что будет пара кадров, а на остальных - человек с синими губами и красным носом! У нее еще и глаза будут мокрыми, прикинь!
Следующие десять минут мы по очереди отважно улыбаемся в объектив, затем убегаем домой (я дрожу и ворчу, что, если мне так холодно в минус один, что же будет в минус тридцать).
- Картинки смотреть! - говорит Сережик.
- Тока после каши! Меня горячая ждет! - добавляю я, опять вспомнив про еду.
И Серега заваривает себе кофе, а я съедаю еще почти не остывшую кашу, а потом мы идем смотреть картинки, и долго гоняем их туда-сюда, выбирая самые лучшие.
Потом я их обрабатываю, а Серега смотрит еще раз, добавляя то, что мне почему-то не алё.
- А ты когда будешь вешать? - спрашивает он меня.
- Ночью, наверное. Сейчас же уже Жемчужинка приедет, а потом Финето - котов прививать.
- О, ну раз у нас гости, я сверлить не буду, - решает Серега. - Здорово мы дырки делаем, да?
В ответ я ржу так издевательски, что СергейЮрьич включает перфоратор и таки вешает доску, и к приходу Жемчужинки у нас уже висят бусы, печется хлеб и жарится курица, и я всем этим хвастаюсь. А к приходу Финеты ужин совсем готов, и мы прививаем котов, а потом долго рассказываем страшные истории про детские травмы - но это уже совсем другая история.
СергейЮрьич и шляпа:
Откуда, собственно, весна и цветы:
Я в шапке, которую примеряю по нескольку раз на дню - так она мне нравится, - и в волшебном шарфе, который не надо завязывать:
Отчетливое свидетельство того, что у меня больше нет второго подбородка:
Страна моя родная по-прежнему широка, но уже не беспредельно:
Нет, до этого - мы обзаводимся шикарными
Потом мы покупаем перфоратор, и друзья желают нам "удачной перфорации".
Потом несколько дней мы его облизываем и обдумываем, как будем вешать очень нужную мне в хозяйстве пробковую доску. Наконец придумываем, но в это время уже ночь, и сверлить поздно.
На следующий день Сережик примеривается вешать пробковую доску, разглядывает различные шурупы, решает, что ему необходима еще одна коробочка с перегородками - для всякой фурнитуры, - и уходит ее покупать. Я сижу читаю, потом внезапно обнаруживаю, что проголодалась, еще с час ленюсь, наконец варю себе кашу и размораживаю клубнику. В этот момент СергейЮрьич возвращается с коробочкой-для-шурупов и кочаном капусты, которую я его просила купить (но без хлеба и салата, о которых мы тоже говорили), смотрит на себя в зеркало и отмечает:
- Надо меня сфотографировать в этой шляпе. Когда-нибудь.
- А давай прямо сейчас! - предлагаю я. - Тем более, что я Стрейнджеру обещала свои портреты в смешной шапке и в пальто с талией. Пошли?
Мне хочется есть, Сереге - выпить кофе, но он улыбается, говорит:
- А пошли!
И я натягиваю штаны и крашу глаза, и мы бежим на двор, где снег и свет.
И ветер. Прямо в глаза. Я заливаюсь ответренными слезами:
- Серега! Так вот почему ты не хочешь снимать ту женщину на улице! Вот что ты имел в виду, когда говорил, что будет пара кадров, а на остальных - человек с синими губами и красным носом! У нее еще и глаза будут мокрыми, прикинь!
Следующие десять минут мы по очереди отважно улыбаемся в объектив, затем убегаем домой (я дрожу и ворчу, что, если мне так холодно в минус один, что же будет в минус тридцать).
- Картинки смотреть! - говорит Сережик.
- Тока после каши! Меня горячая ждет! - добавляю я, опять вспомнив про еду.
И Серега заваривает себе кофе, а я съедаю еще почти не остывшую кашу, а потом мы идем смотреть картинки, и долго гоняем их туда-сюда, выбирая самые лучшие.
Потом я их обрабатываю, а Серега смотрит еще раз, добавляя то, что мне почему-то не алё.
- А ты когда будешь вешать? - спрашивает он меня.
- Ночью, наверное. Сейчас же уже Жемчужинка приедет, а потом Финето - котов прививать.
- О, ну раз у нас гости, я сверлить не буду, - решает Серега. - Здорово мы дырки делаем, да?
В ответ я ржу так издевательски, что СергейЮрьич включает перфоратор и таки вешает доску, и к приходу Жемчужинки у нас уже висят бусы, печется хлеб и жарится курица, и я всем этим хвастаюсь. А к приходу Финеты ужин совсем готов, и мы прививаем котов, а потом долго рассказываем страшные истории про детские травмы - но это уже совсем другая история.
СергейЮрьич и шляпа:
Откуда, собственно, весна и цветы:
Я в шапке, которую примеряю по нескольку раз на дню - так она мне нравится, - и в волшебном шарфе, который не надо завязывать:
Отчетливое свидетельство того, что у меня больше нет второго подбородка:
Страна моя родная по-прежнему широка, но уже не беспредельно: