![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
- как же я заебалась! - внезапно сказала она
Были с девочками в Марксе и Спенсере, купили на восемь тысяч идеальной школьной одежды: Даше - штаны, юбку, четыре блузки (всё в одном стиле) и четыре лифчика размером 30 АА, Вике - две блузки и брюки (от всего остального она отказалась наотрез). И я, и Дашка вымотались до донышка, Вика чуть отдохнула дома - и умелась гулять.
А вечером, прямо перед отбоем, Даша зарыдала оттого, что Вике в жизни достается больше прекрасных ништяков, и вообще "зачем вы навязали мне эту сестру".
Я не могу контролировать многие вещи в своей жизни, и с очень многим не могу справиться.
Когда у меня не хватает денег, и на кассе приходится оставлять что-то из тщательно выбранных вещей.
Когда у меня не хватает сил на детей и времени на сон, и я падаю в аут с дурацкой книжкой, разведя дочек по углам.
Когда Даша впадает в истерику, а я отстраняюсь и молчу, потому что иначе сорвусь.
Но есть то, что я могу контролировать - и я надеваю теплые штаны, водолазку, флиску, новые наушники и теплый красный шарф-трубу, завязываю шнурки на кроссовках и иду бегать.
Мне очень не нравится напрягаться. Мне не нравится физуха как процесс и боль в мышцах как результат. Но я точно знаю, что на третьем повторе меня перестанут волновать Дашины истерики, на пятом - нехватка денег, на седьмом я перестану тревожиться о будущем, а начиная с восьмого - сразу после внезапной минуты отжимания от стенки, - все начнет меня радовать: и то, что повторов осталось только три, и то, что они предсказуемы и логичны (потому что отжимания заставляют тело мое нежное охуевать от изумления). И после пробежки, на заминке, мне все еще будет хорошо, а дома, под душем - так и вообще офигенско.
А о новых вещах Маркса и Спенсера - мягкой вельветовой рубашке цвета бриллиантовой зелени и оранжевых джинсах за две с половиной тысячи - я рассказала Ленке Воронежской. Пусть теперь она об этом думает.
А вечером, прямо перед отбоем, Даша зарыдала оттого, что Вике в жизни достается больше прекрасных ништяков, и вообще "зачем вы навязали мне эту сестру".
Я не могу контролировать многие вещи в своей жизни, и с очень многим не могу справиться.
Когда у меня не хватает денег, и на кассе приходится оставлять что-то из тщательно выбранных вещей.
Когда у меня не хватает сил на детей и времени на сон, и я падаю в аут с дурацкой книжкой, разведя дочек по углам.
Когда Даша впадает в истерику, а я отстраняюсь и молчу, потому что иначе сорвусь.
Но есть то, что я могу контролировать - и я надеваю теплые штаны, водолазку, флиску, новые наушники и теплый красный шарф-трубу, завязываю шнурки на кроссовках и иду бегать.
Мне очень не нравится напрягаться. Мне не нравится физуха как процесс и боль в мышцах как результат. Но я точно знаю, что на третьем повторе меня перестанут волновать Дашины истерики, на пятом - нехватка денег, на седьмом я перестану тревожиться о будущем, а начиная с восьмого - сразу после внезапной минуты отжимания от стенки, - все начнет меня радовать: и то, что повторов осталось только три, и то, что они предсказуемы и логичны (потому что отжимания заставляют тело мое нежное охуевать от изумления). И после пробежки, на заминке, мне все еще будет хорошо, а дома, под душем - так и вообще офигенско.
А о новых вещах Маркса и Спенсера - мягкой вельветовой рубашке цвета бриллиантовой зелени и оранжевых джинсах за две с половиной тысячи - я рассказала Ленке Воронежской. Пусть теперь она об этом думает.