![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
про первое сентября
Обожаю Энолу.
Когда она была совсем юной, их было много, и сама Энола - старшая, и она знала: всем всегда чего-то от нее надо. Я же была младшей, и привыкла, что всё всегда мне. Мы с этими нашими позициями чудесно сосуществуем.
Сегодня утром я вытащила Энолу из теплой постельки, потому что мне было надо в школу Дашу, а в одиночку я бы все это не перенесла - священника с крестом на пузе, государственный флаг с гимном и телеграмму от правительства Москвы. При взгляде на ехидное выражение лица Энолы становилось как-то легче. У Клемки с Небелем лица были и вовсе живоговорящие, а от меня шарахались в стороны благонадежные родители. Клемка держала Вику на руках, Небель нежно обнимал наши куртки, а я злобно комментировала происходящее, думая о том, что вот если бы не приехали эти девочки, одна из Киева, вторая из Питера, то было бы мне совсем фигово тут одной в этом во всем.
А еще я выгребла из карманов Энолы ващевседеньги, и Дандель мой теперь в очках. Первая взрослая цацка.
А еще мы пили кофейный ликер, и говорили о том, что ничего не изменилось, что вместо пионеров - поп, флаг другой, а музыка - та же, и another brick in the wall. А Дашка разглядывала себя в зеркале - юппка, блузка, очки, рюкзак с винни-пухом, - и приговаривала: "Нет, ну вы посмотрите, настоящая ученица!"
В общем, мы пережили первое сентября. Впереди еще десять лет.
Когда она была совсем юной, их было много, и сама Энола - старшая, и она знала: всем всегда чего-то от нее надо. Я же была младшей, и привыкла, что всё всегда мне. Мы с этими нашими позициями чудесно сосуществуем.
Сегодня утром я вытащила Энолу из теплой постельки, потому что мне было надо в школу Дашу, а в одиночку я бы все это не перенесла - священника с крестом на пузе, государственный флаг с гимном и телеграмму от правительства Москвы. При взгляде на ехидное выражение лица Энолы становилось как-то легче. У Клемки с Небелем лица были и вовсе живоговорящие, а от меня шарахались в стороны благонадежные родители. Клемка держала Вику на руках, Небель нежно обнимал наши куртки, а я злобно комментировала происходящее, думая о том, что вот если бы не приехали эти девочки, одна из Киева, вторая из Питера, то было бы мне совсем фигово тут одной в этом во всем.
А еще я выгребла из карманов Энолы ващевседеньги, и Дандель мой теперь в очках. Первая взрослая цацка.
А еще мы пили кофейный ликер, и говорили о том, что ничего не изменилось, что вместо пионеров - поп, флаг другой, а музыка - та же, и another brick in the wall. А Дашка разглядывала себя в зеркале - юппка, блузка, очки, рюкзак с винни-пухом, - и приговаривала: "Нет, ну вы посмотрите, настоящая ученица!"
В общем, мы пережили первое сентября. Впереди еще десять лет.