![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
22 декабря - сказки ноября
В городах я собираю коллекцию возрожденских домиков, а в старых храмах - коллекцию резных чудищ.
Про домики уже много говорила (и ещё буду); про драконов - тоже: что на Балканах, кроме зловредных, есть вполне себе не то чтобы добродеятельные, а просто, ну, нормальные драконы.
И именно они появляются в резьбе местных иконостасов - и в Болгарии, и в соседних странах.
В пятнадцатом веке, когда Османская империя захватила Болгарию, у турок не было великой цели переманить всех христиан в ислам. То есть не то чтобы не хотелось - может быть и да, - но султанам в целом было понятно, что христиан - много, и так вот сразу им головы не поменяешь. Так что, когда земля войны стала землёй мира, на ней стало довольно невыгодно исповедовать другую религию, кроме ислама. Налоги для немусульман были выше, а самые жестокие правила были для местного православного болгарского населения. Мусульмане же платили десять процентов с доходов плюс эпизодические сборы "на дело".
Было запрещено строить немусульманские храмы больше и выше определённого размера. Болгары объёбывали это правило как могли - например, полувкапывали церкви в землю.
А за тем, чтобы внутри болгарских церквей не было пышно, послеживала греческая, то есть византийская, патриархия, главе которой султан, не разбираясь особо, вручил право командования всеми христианскими течениями на землях Османской империи. Благо находился патриарх в Константинополе, то есть Стамбуле - фактически под рукой у султана.
(не можешь победить - возглавь)
Следующие два века тяжело было - всем.
И церкви, которую усекли, отдали во власть Константинополя.
И людям, которые оказались под турецким - как сейчас вежливо говорят, - управлением.
И земле, которую сначала почти некому было пахать.
К началу семнадцатого века положение потихонечку изменилось; к началу восемнадцатого разрослись ремесленные мастерские. Кожа-шерсть-зерно-розовое масло никуда не исчезло; к нему приплюсовалось всё, что можно сделать руками.
Будущий святой, монах Паисий Хилендарский проработал уцелевшие документы и написал "Историю славяноболгарскую".
С этого момента принято отсчитывать возрождение национального духа: богатые ремесленники, а после - промышленники, желают строить церкви: а) большие б) болгарские.
В очередной раз болгарские партизаны воюют за право устраивать свои порядки на своей земле, болгарские священники - за отделение своей церкви от греческой. Богатые люди скидываются на школы и храмы, и таки да, продавливают право строить Большие Красивые Церкви.
Возрожденские храмы - это отдельная прекрасная история, потому как строили их "пышно и штоп на греческий не похоже".
Могли, например, скинуться всей общиной, позвать своего местного архитектора создавать тело церкви - и заезжего итальянца колоколенку проектировать. И получить в результате толстенькую широконькую псевдобазилику с шершавой крышей из каменной черепицы, с двойным извитым карнизом, с круглыми окнами - и к ней мраморную флорентийскую колокольню с резной гирляндой из груш и персиков. Хорошая парочка, между прочим!
Впрочем, об этом действительно отдельно надо, и с картинками; может, Шуйского раскручу на совместный культурологический стрим.
А с внутренним украшением как быть?
Иконописная традиция более или менее сохранялась.
Но вот же у нас есть великолепные резчики по дереву.
И вот же как раз алтарная преграда, которая за двенадцать веков из условной мраморной перегородочки выросла до иконостаса. На иконостасе в определённом порядке - картины, написанные по определённому канону.
А всё остальное не регламентировано.
И - понеслась звезда по небу.
Самым популярным мотивом оставалась (с античных времён!) виноградная лоза и ветвь плюща. Но кроме этого резчики по дереву могли где-нибудь в подножии алтаря изобразить, например, себя - всю артель за работой.
Или - местную хтонь, тоже за работой.
Демонов с искажёнными лицами.
Или толстеньких сытеньких чертей, вполне довольных жизнью (отлично смотрятся на окладе иконы с Иоанном Крестителем).
Или драконов под крестом, ровнёхонько над Царскими вратами.
Как и положено Хранителям и любопытным зверям, драконы охраняют крест; шипят на тех, кто распинает Иисуса; защищают Мадонну; да и в целом тусят на балканском иконостасе как у себя дома.
А трон митрополита довольно часто охраняют два грифона с разверстыми пастями. Или два дракона с суровыми выражениями лиц.
Я никогда не была на обряде - но слышала, как молится наш варненский митрополит, дядо Йоан.
Как нормальный заклинатель демонов он работает.
И от того, что делает он это в компании двух крупных драконов, на душе становится веселей :)
Про домики уже много говорила (и ещё буду); про драконов - тоже: что на Балканах, кроме зловредных, есть вполне себе не то чтобы добродеятельные, а просто, ну, нормальные драконы.
И именно они появляются в резьбе местных иконостасов - и в Болгарии, и в соседних странах.
В пятнадцатом веке, когда Османская империя захватила Болгарию, у турок не было великой цели переманить всех христиан в ислам. То есть не то чтобы не хотелось - может быть и да, - но султанам в целом было понятно, что христиан - много, и так вот сразу им головы не поменяешь. Так что, когда земля войны стала землёй мира, на ней стало довольно невыгодно исповедовать другую религию, кроме ислама. Налоги для немусульман были выше, а самые жестокие правила были для местного православного болгарского населения. Мусульмане же платили десять процентов с доходов плюс эпизодические сборы "на дело".
Было запрещено строить немусульманские храмы больше и выше определённого размера. Болгары объёбывали это правило как могли - например, полувкапывали церкви в землю.
А за тем, чтобы внутри болгарских церквей не было пышно, послеживала греческая, то есть византийская, патриархия, главе которой султан, не разбираясь особо, вручил право командования всеми христианскими течениями на землях Османской империи. Благо находился патриарх в Константинополе, то есть Стамбуле - фактически под рукой у султана.
(не можешь победить - возглавь)
Следующие два века тяжело было - всем.
И церкви, которую усекли, отдали во власть Константинополя.
И людям, которые оказались под турецким - как сейчас вежливо говорят, - управлением.
И земле, которую сначала почти некому было пахать.
К началу семнадцатого века положение потихонечку изменилось; к началу восемнадцатого разрослись ремесленные мастерские. Кожа-шерсть-зерно-розовое масло никуда не исчезло; к нему приплюсовалось всё, что можно сделать руками.
Будущий святой, монах Паисий Хилендарский проработал уцелевшие документы и написал "Историю славяноболгарскую".
С этого момента принято отсчитывать возрождение национального духа: богатые ремесленники, а после - промышленники, желают строить церкви: а) большие б) болгарские.
В очередной раз болгарские партизаны воюют за право устраивать свои порядки на своей земле, болгарские священники - за отделение своей церкви от греческой. Богатые люди скидываются на школы и храмы, и таки да, продавливают право строить Большие Красивые Церкви.
Возрожденские храмы - это отдельная прекрасная история, потому как строили их "пышно и штоп на греческий не похоже".
Могли, например, скинуться всей общиной, позвать своего местного архитектора создавать тело церкви - и заезжего итальянца колоколенку проектировать. И получить в результате толстенькую широконькую псевдобазилику с шершавой крышей из каменной черепицы, с двойным извитым карнизом, с круглыми окнами - и к ней мраморную флорентийскую колокольню с резной гирляндой из груш и персиков. Хорошая парочка, между прочим!
Впрочем, об этом действительно отдельно надо, и с картинками; может, Шуйского раскручу на совместный культурологический стрим.
А с внутренним украшением как быть?
Иконописная традиция более или менее сохранялась.
Но вот же у нас есть великолепные резчики по дереву.
И вот же как раз алтарная преграда, которая за двенадцать веков из условной мраморной перегородочки выросла до иконостаса. На иконостасе в определённом порядке - картины, написанные по определённому канону.
А всё остальное не регламентировано.
И - понеслась звезда по небу.
Самым популярным мотивом оставалась (с античных времён!) виноградная лоза и ветвь плюща. Но кроме этого резчики по дереву могли где-нибудь в подножии алтаря изобразить, например, себя - всю артель за работой.
Или - местную хтонь, тоже за работой.
Демонов с искажёнными лицами.
Или толстеньких сытеньких чертей, вполне довольных жизнью (отлично смотрятся на окладе иконы с Иоанном Крестителем).
Или драконов под крестом, ровнёхонько над Царскими вратами.
Как и положено Хранителям и любопытным зверям, драконы охраняют крест; шипят на тех, кто распинает Иисуса; защищают Мадонну; да и в целом тусят на балканском иконостасе как у себя дома.
А трон митрополита довольно часто охраняют два грифона с разверстыми пастями. Или два дракона с суровыми выражениями лиц.
Я никогда не была на обряде - но слышала, как молится наш варненский митрополит, дядо Йоан.
Как нормальный заклинатель демонов он работает.
И от того, что делает он это в компании двух крупных драконов, на душе становится веселей :)