дети наш Пушкин

[krissja]

Начала озвучивать девочкам то, о чем раньше молча кивала как об очевидном: у меня тоже так было.
Например, "у меня раньше ничего никогда не получалось сделать чисто с первого раза, да и сейчас получается мало что". Или "меня тоже адски травили в школе, а посмотри на меня сейчас". Или "Крыся, освободи руки" (я говорю Вике так, когда она несется делать что-то следующее с полными руками предыдущего). И так далее.
Викино "не хочу" постепенно становится железобетонным: можно пробить, можно обойти, но бляаа как тяжко.
Дашка ощутимо взрослеет. Истерики подросткового возраста (которых я ждала и боялась) сменяются периодами охуенной вменяемости и осознанности. А потом - чисто детской безголовостью. А потом снова - истериками.
Дикая это все-таки задача - детоводство. Но интересная. Но тяжелая пиздец как. Но клевая охуенно. Всю жизнь мне перевернула. Да таким образом, на какой я сознательно не пошла бы ни за какое что.
Я так могу до завтрашнего дня продолжать (а завтра ко мне приедет починивший себя утконос).

ПыСы: виделась с мамой, слушала смешное, вела себя как взрослая, досадовала на себя за это, потом перестала.
Как же я все-таки люблю своих детей, а.